Балет ХХ века отмечен гением Майи Плисецкой. Если когда-нибудь наши потомки возведут храм Терпсихоры (покровительницы танца из греческой мифологии), статуя Майи будет возвышаться там вернейшей и преданнейшей из жриц богини.

Говорят, высшее мужество актёра заключается в умении вовремя уйти со сцены. Но остаться на сцене вопреки традициям, мнению профессионалов, биологическому рубежу – для этого требуется нечто большее, чем мужество. Век балерины короток, и Майя прожила его дважды. Такого творческого долголетия не знала история балета. Казалось, она всегда была и всегда будет. Уже 70-летней, на одной сцене с блистательной молодёжью, она медленно выплыла «Умирающим лебедем» и доказала скептикам, что над гением не властен возраст.

Все великие балерины пытались продлить своё хрупкое искусство. Галина Уланова обучала студентов, Айседора Дункан основала свою балетную школу. У Майи Плисецкой этого не было. Она организовала конкурс «Майя», но артистам Большого и Мариинки тогда было запрещено принимать в нём участие. Слово «вопреки» стало для Майи Плисецкой едва ли не главным в её длинной, яркой и трудной жизни.

Она танцевала в Кремле в присутствии Сталина и Мао Цзэдуна. Комплименты её мастерству делал Молотов. Хрущёв попрекал тем, что она «слишком красиво одета». Она дружила с Марком Шагалом и Пьером Карденом. Все эти люди отправились в мир иной, а она всё выходила на сцену, завораживая зрителей своим непревзойдённым техническим мастерством и удивительным для балерины драматическим талантом. Она сумела сердцем и языком пластики создать незабываемые образы женщин, разных и прекрасных, таких как Кармен, Джульетта, Анна Каренина, Одетта из «Лебединого озера», Нина Заречная из «Чайки».

Когда президент Франции Франсуа Миттеран вручил ей орден Почётного легиона, один из советских чиновников выразил недоумение: «Я думал, что этот орден дают только борцам Сопротивления». Плисецкая мгновенно ответила: «А я всю жизнь и сопротивляюсь». У неё были сложные отношения с властью, которая, с одной стороны, воздавала ей почести, а с другой – годами не выпускала за границу, не позволяла танцевать то, что ей хотелось. Но самый страшный удар власть нанесла ей в детстве. 1 мая 1937 года в дом ввалились чекисты и увезли с собой отца Майи. Его расстреляли через год после ареста. Арестовали и мать, недавно родившую третьего ребёнка, и вместе с младенцем посадили в Бутырскую тюрьму. Осиротевших детей разобрали родственники.

Майя поселилась у своей тёти Миты Мессерер, прима-балерины. В результате усилий брата и сестры, которые обили пороги всех приёмных, мать Майи с сыном были освобождены. Вернуться в столицу они, однако, не могли: местом их жительства был определён Чимкент. Майя, которой было тогда 13 лет, получила разрешение навестить маму, которую не видела полтора года. «Мать нашла пристанище в крохотном сарайчике для кур с земляным полом», – рассказывала Майя Михайловна в книге воспоминаний. В апреле 1941 года она смогла вернуться в Москву, что было чудом.

21 июня 1941 года состоялся вечер выпускников балетной школы. 15-летняя Майя танцевала «Экспромт» Чайковского: «Мать была в зале, и я сумела разглядеть её счастливые глаза. В тот день я шагнула из робкого балетного детства в самостоятельную, взрослую, рисковую, но прекрасную профессиональную жизнь».

Плисецкая танцевала в труппе Большого театра с 1943 года, однако её путь начался там же, где и у остальных выпускниц – с самого низа. Успешные родственники следили, чтобы никто не мог упрекнуть их в излишней «семейственности». Одетта в исполнении Плисецкой со временем станет мировой легендой. Её руки в «Лебедином озере» сравнивали с зыбью воды, с изгибами лебединых крыльев. Впоследствии этот балет стал главным в её жизни, она станцевала его более 800 раз, объехав весь мир.

В октябре 1956 года основная часть балетной труппы отправилась в Англию на первые в истории Большого театра крупномасштабные зарубежные гастроли. Плисецкой ехать не разрешили. Оставшись в Москве, она выразила протест своим танцем, показав максимум того, на что способна. Версия о том, что её не взяли на гастроли из-за болезни, выглядела неубедительно и позорно.

Плисецкая несколько лет была невыездной. В конце концов дело дошло до открытой слежки. Как потом стало известно, председатель КГБ Серов объявил её английской шпионкой. Парадокс состоял в том, что всех именитых иностранных гостей непременно вели на «Лебединое озеро» с Плисецкой в главной партии, но из страны её не выпускали. И только весной 1959 года ей разрешили участвовать в первых американских гастролях Большого театра.

Её биография богата такими сюжетами, которые невозможно придумать. Сама балерина не делает из своей жизни тайны, написав потрясающую по откровению книгу «Я, Майя Плисецкая». Вот цитата из этой книги: «В Канаде или в Люксембурге было бы неплохо родиться. Но я родилась в Москве. В царствие Сталина. Затем при Хрущёве жила, при Брежневе жила, при Андропове, Черненко, Горбачёве, Ельцине жила... И второй раз родиться не выйдет, как ни старайся. Своё живи! Я и жила. Ни детей, ни старцев, ни меньших братьев наших не обижала. Друзей не предавала. Долги возвращала. Добро помнила и помню. Никому никогда не завидовала. Своим делом жила».

Плисецкая пережила тяжелейшую драму – самоубийство танцора Вячеслава Голубина. «Слава был моей первой любовью, и наши «Лебединые» таили для нас обоих нечто большее, чем очередные спектакли. Он хорошо начинал, но стал пить, и это сломало ему карьеру и жизнь», – рассказывает Майя Плисецкая.

Жила она тогда в 10-метровой комнате в коммунальной квартире с общей кухней и туалетом, а проживали в квартире 22 человека! В 1951 году году Плисецкая как одна из ведущих солисток Большого театра была удостоена звания заслуженной артистки России, но право на свою отдельную двухкомнатную квартиру она получила только четыре года спустя.

Выходя замуж за Родиона Щедрина Плисецкая едва ли догадывалась, каким профессиональным чудом станет для неё этот брак. Щедрин написал для неё партитуры пяти балетов, в которых она стала первой и на долгие годы единственной исполнительницей главных ролей. Великая балерина и крупный композитор пронесли свою любовь через все невзгоды и преграды. «Жизни без Щедрина я представить себе не могла даже в хрустальном замке на каких-нибудь Канарских островах», – написала Плисецкая спустя 35 лет после замужества.

Именно муж вызволил Плисецкую из гастрольного застоя. В 1990 году ей пришлось покинуть стены Большого театра, которому было отдано 50 лет жизни, но театры всего мира с радостью распахнули двери перед российской балериной. Они с мужем поселились в Мюнхене. Там же, 5 мая 2015 года, легенда русской сцены ушла из жизни. Философия этой великой балерины проста: «Люди не делятся на классы, расы, государственные системы. Люди делятся на плохих и хороших».

Время не властно над Майей. Как некогда сказал американский хореограф Роберт Джоффри: «В Советском Союзе много сокровищ. Майя Плисецкая – одно из них».